Тема: Re: О трудовой теории стоимости
Автор: Мунир Галиев
Дата: 05/02/2003 14:26
 
Здравствуйте, глубокоудивляющий Вадим. Я действительно 
искренне удивился, прочитав Ваш текст. В моей практике 
ещё не было случая, чтобы кто-либо не из кружка 
казанских материалистов прочитал, а если прочитал,
то воспринял, если и воспринял, то понял мои каракули. 
Ведь теоретики обычно либо просто игнорируют критику 
других теоретиков, либо кидаются громить собственные 
интерпретации этих критических замечаний. У
получивших замечания теоретиков возникает недоумение: 
что это за чушь несут их критики? Увы, теоретическая 
предвзятость (сие, не буду отнекиваться, присуще и мне 
самому) накладывает шоры на глаза очень многих 
исследователей.

Например, Антон Совет так и не обратил внимания на мои 
претензии к его методам исследования. Антон, видимо, 
считает, что достаточно изложить свою гипотезу - и всё 
сразу станет ясно. Но ведь некоторые вопросы
возникают уже до момента изложения. По-моему, Антон 
ещё не отточил свою методику, - он, в частности, не 
видит разницы между абстрактным и конкретным, между 
нормой и отклонениями от неё, между постулатом и
доказанным суждением и т.д. Мало кто, увы, 
задумывается над вопросом: а правильно ли он ведёт 
своё исследование? Конечно, тот, кто бежит, редко
задумывается о том, как он бежит и куда он спешит. Ему 
бы просто добежать. Над этими вопросами думают только 
те, кто бежал не раз и прибегал не туда или не вовремя.
Но сие, впрочем, уже совсем из другой песни. 
Жалостливой. Мы же сегодня поём в мажоре.

Как я понял, уважаемый Вадим, Вам удалось пошевелить 
извилинами своего мозга в деревне (это опять же 
удивляет, поскольку я думал, что на селе либо пьют, 
либо распутствуют на сеновале), и у Вас родилась
какая-никакая, но собственная концепция стоимости - 
хотя появились и вопросы. Я полагаю, что у Вас есть 
всё, чтобы самому же на них и ответить. Мне необходимо 
лишь уточнить некоторые свои высказывания, ибо они 
остались не до конца Вами понятыми.

1. О постулатах вообще и об аксиоме трудовой теории в 
частности

"...трудовая теория стоимости, как утверждает Мунир, - 
это только постулат. Так откуда же тогда берётся сама 
уверенность, что данный постулат верен? Неужто теория 
Маркса настолько совпадает с практикой, что никаких 
сомнений тут и быть не может?"

В данной Вашей цитате очевидно присутствуют два 
вопроса: во-первых, почему выбран именно данный 
постулат, и, во-вторых, истинен ли выбранный постулат 
трудовой теории стоимости?

Начну я, как и подобает мужам, имеющим высокое о себе 
мнение (это я так скромничаю), то есть философам, 
издалека.

Прежде всего, постулатом является не сама трудовая 
теория стоимости, ибо она есть теория, то бишь свод 
законов (описаний закономерностей), а лишь её 
начальная аксиома. Постулат - это то суждение, с 
которого начинается исследование. Ньютон, например, 
постулировал наличие в мире такого феномена, как сила, 
посредством которой осуществляется взаимодействие
между телами на дальних расстояниях. До него, Ньютона, 
считалось, что тела могут взаимодействовать лишь при 
взаимном контакте. Исаак же (не без помощи других, 
конечно) ввёл в обиход представление о наличии
особых сил, через которые всё и объяснил.

Однако мало определиться с суждением, надо ещё, чтобы 
оно было истинным. Ибо теория, построенная на ложном 
постулате, заранее обречена на провал. Постулат (или 
аксиома) может быть истинным либо сам по себе, либо в 
силу доказательности теории, выведенной на его основе. 
Истинность аксиомы самой по себе должна быть очевидна, 
то есть просто присутствовать в реальности. Например, 
то, что мы (или, по крайней мере, я) мыслим - 
доказывать не надо: подобные вещи либо очевидны, либо 
доказаны в теории более общей. Например, 
суждение "человек стремится выжить" доказано в 
эволюционной биологии и его можно взять за аксиому и 
вывести теорию человека (тут мышление предстаёт перед 
нами как инструмент приспособления человека к среде с 
целью выживания). 

Очень часто первая истинность (очевидная) становится 
второй (доказанной) по мере создания всё более и более 
общих теорий. Единственная аксиома, которая может быть 
исключительно очевидной - это аксиома о существовании. 
Доказать существование невозможно теоретически, ибо за 
пределами данного феномена лежит несуществование,
то есть по определению то, чего нет. Не может быть 
более общей теории, чем теория существования. 
Указанная аксиома и есть постулат философии. Впрочем, 
я, похоже, излишне увлёкся. Вернёмся на наши грядки к 
нашей петрушке.

Если постулат не может пользоваться славой 
очевидности, то его принятие может быть оправдано 
только истинностью самой той теории, которая основана 
на данном постулате. Ньютоновские силы, например, не 
очевидны (можно ли считать попытки доказать их наличие 
через геометрию пространства, энергетические поля и 
пр. удачными?), но их принятие приводит к очень 
плодотворной теории механического движения. Потому-то
их и приняли как истинные.

Итак, прежде всего необходимо найти постулат, причём 
либо очевидный, либо доказанный, либо, на крайний 
случай, иметь надежду, что практическое подтверждение 
и применение теории всё нам спишет. Да не осудят 
победителей...

Постулатом, то есть начальным суждением, трудовой 
теории стоимости является утверждение о том, что 
стоимость есть затраты труда.

Откуда же "классики политэкономии" (Смит и Ко) 
откопали данное утверждение? А вот откуда: они просто 
пошли на базар и стали внимательно смотреть на 
разнообразный товар. Последуем за ними и мы. Чего 
только нет на базаре: и сладкий, как мёд, арбуз, и 
острый, как слог поэта, кинжал, и благовонный, как сто 
скунсов, навоз. Глаза разбегаются, слюнки текут, руки 
сами к прилавку тянутся. Но, стоп! Мы же не какие-то 
там жалкие потребители. Мы - учёные! Это звучит гордо, 
но дёшево. Остаётся только изучать всё представшее 
перед нами многообразие. И что же мы видим? Если 
отбросить свойства, различающие между собой товары, то 
в данном понятии останутся только две характеристики: 
первая - товар есть предмет, вступающий в обмен; 
вторая - товар создан человеком для удовлетворения его 
потребностей.

То есть человек своим трудом производит некий предмет. 
Этот предмет называется продукт. Если после 
изготовления человек его потребляет, то продукт 
называется потребительским благом. Если же между 
производством и потреблением люди обменивают свои 
продукты, то последние называются товарами. Итак, 
предмет проходит некие стадии: продукт, товар,
потребительское благо (до акта производства данный 
предмет называется "предмет труда" или "сырьё"). Зачем 
нужно вводить все эти термины? Разве нельзя просто 
ткнуть пальцем и сказать: "Дай-ка мне вот ту
хреновину"? Нет, этот путь не для нас: ведь мы же 
учёные - Вы, кстати, от скуки ещё не забыли про это? 
Проблема тут в том, что продукт может и не стать 
товаром - если данный предмет не попадёт в процесс 
обмена; а может не стать и потребительским благом - в 
том случае, если его никто не захочет потребить. То 
есть в данном случае мы как бы охарактеризовываем 
стадии жизни интересующего нас предмета. Когда мы
говорим "продукт", то это значит, что предмет прошёл 
горнило процесса производства и сейчас находится на 
перепутье: либо стать товаром, либо стать 
потребительским благом, либо умереть в цвете лет 
"бессмысленно и жестоко". Это, конечно, метафора. Но 
суть, думаю, ясна.

Мы, как понятно, исследуем товар - значит, предмет 
наших вожделений уже прошёл процесс производства и 
вошёл в процесс обмена. А обмен - это такой хитрый 
процесс, на протяжении которого с предметом как 
таковым ничего не происходит. Если в процессе 
производства предмет из сырья превращается в продукт, 
и при этом возникают или исчезают какие-либо его 
свойства, а в процессе потребления предмет 
уничтожается (в виде данного предмета, конечно, а не 
вообще), то в процессе обмена товар своих свойств не 
меняет. Он просто меняет своих хозяев. Товар
переходит из одних рук в другие - и всё. Но данный 
переход из рук в руки, естественно, не бессмысленен. 
Для товародержателей этот процесс крайне необходим, 
поскольку до начала обмена каждый из них имел продукт 
с ненужными потребительскими свойствами, то есть 
участь этих продуктов не могла быть потребительной. 
Обмен же позволяет агентам этого процесса получить на 
руки товары с необходимыми потребительскими свойствами.

Итак, в процессе обмена участвуют товародержатели, для 
которых собственный товар не имеет потребительного 
будущего, но зато имеет производственное прошлое, а 
товар контрагента, наоборот, имеет прекрасные 
перспективы, но не имеет прошлого. Человек - существо
мыслящее, а потому и оценивающее. Обмен - это прежде 
всего оценка, соразмерение товаров по какому-либо 
критерию. Из вышеизложенного (если оно не вызывает у 
Вас ещё идиосинкразии) следует, что таких критериев
может быть только два: тяжёлое прошлое товара - 
затраты труда её производителя, и светлое будущее - 
полезность товара как потребительского блага.

Затраты труда очевидны - ибо кто же будет оспаривать 
тот факт, что такой капризный предмет, как товар, 
созидается приложением труда? (О том, что при изучении 
абстрактного товара надо пока исключить из 
рассмотрении все патологические случаи типа наличия в 
мире товаров без приложения труда, я уже писал, так 
что не буду повторяться. Только ещё раз приведу
аналогию, что, например, требовать начинать изучение 
мышления человека с "мышления" даунов - не совсем 
корректно). А раз товар производится трудом, то почему 
бы затраты этого труда не назвать "стоимость" и не 
начать исследование с этого постулата? На производство 
нормального товара затрачивается некоторое количество 
человеческого труда. Это истина очевидна. Данное 
количество труда и называется "стоимостью" товара.
Почему именно это суждение взято в качестве аксиомы? 
Потому, что все остальные факторы влияют уже на 
готовый товар, а производство является созданием его. 
Без данного созидания нет и товара. Остальные факторы
могут быть или не быть, а труд в нормальном товаре 
присутствует всегда (хотя бы в виде поиска продукта 
или транспортировки его к месту обмена).

Аналогично, понятием "человек" обозначают прежде всего 
существо разумное, то есть имеющее нормальный мозг. 
Человек может быть без ноги, без руки или даже, 
извините, без пениса, но при этом он останется
человеком (женщина, кажется, тоже человек). Существо 
же, похожее на человека, но "без мозгов", вряд ли 
можно назвать человеком. Маугли - это всё же, скорее, 
дикое животное.

Товар - это, в первую очередь, продукт производства, в 
котором затрачен человеческий труд, во вторую очередь -
 это продукт, который вступил в обмен, а в третью - 
потенциальное потребительское благо.

Итак, классические политэкономы выбирают постулатом 
очевидное, а следовательно, истинное, суждение о том, 
что стоимость товара есть затраченный на его 
производство труд. Раз это постулат, то доказывать
его не требуется. Мы его принимаем, а Вы можете не 
принимать - это Ваше право. Но что тогда Вы возьмёте в 
качестве краеугольного камня Вашей теории?

И тут неожиданно для меня в полемику вступает не 
заснувший ещё читатель: есть ведь не только 
трудозатраты на производство продукта, но также и 
полезность продукта, то есть его способность 
удовлетворить потребность человека. Поэтому здесь 
мы в ритме вальса плавно переходим к следующему 
вопросу: "А откуда взялась уверенность, что неверен 
постулат австрийцев о том, что стоимость формируется 
потребностью?"

Во-первых, критики в своё время разнесли теорию 
полезности, а также и теорию предельной полезности в 
пух и прах. Сегодня экономисты уже не пользуются 
данными теориями, их лишь упоминают при изложении 
истории экономики наряду с теориями физиократов и 
меркантилистов. Хотя, в принципе, данные теории очень 
привлекательны в социальном плане и вполне могли бы 
быть взяты на вооружение. Однако ни на чьём вооружении 
их нет. С другой стороны, Вы когда-нибудь слышали о 
требованиях отправить эти теории на свалку истории? Не 
слышали? А знаете, почему? Всё дело в том, что они
уже давно на свалке. А вот о неверности трудовой 
теории стоимости разговоры идут более века.

Во-вторых, Вы сами же и ответили на данный вопрос:

"...сколько товара, производством которого 
Бенладенович занимается, потребуется ему выложить за 
покупаемый товар".

В трудовой теории стоимости потребности людей есть 
условие обмена, то есть без наличия потребностей 
обмена не произойдёт. Тот, кто хочет заиметь у себя на 
руках определённый товар, не скрывает своих надежд в
этом отношении. Потенциальное светлое будущее 
постоянно витает над обменным процессом. Однако при 
самом обмене её агенты ориентируются уже не на свои 
потребности, а на затраты своего личного труда, то 
есть на прошлое данного товара. Надежды на полезность 
присутствуют у них в уме, а необходимость 
компенсировать собственные затраты труда - на языке.
Если кто-то вступает в обмен, то это значит, что он 
уже решил для себя вопрос о полезности чужого товара, 
но теперь ему надо подумать и о своём товаре.

Классические политэкономисты не отбрасывают полезность 
товара вообще, они лишь абстрагируются от неё, считая 
данный фактор второстепенным - наряду с некоторыми 
другими факторами. Маркс исследовал абстрактный обмен в
идеальных условиях, когда воздействием всех факторов, 
кроме затрат труда, пренебрегают. Потом все их можно 
будет ввести в исследование, но на начальном этапе 
полезность товара не учитывается. Это вполне логично,
поскольку затраты труда изначально приняты за 
стоимость как аксиома. Если Вы принимаете данный 
постулат, то по-иному уже и не должны вести свой 
анализ.

В теории же полезности затраты труда как бы исчезают. 
После обмена товарами по критерию полезности данных 
товаров кто уже вспомнит о каких-то там затратах? Это 
серьёзный минус теорий стоимости на основе
потребностей людей.

В-третьих, марксисты (им точнее было бы именоваться 
историческими материалистами) не утверждают, что 
теорию на базе потребностей человека или иную 
какую-либо создать нельзя. Но проблема в том, что 
сегодня такой теории нет. (Кстати, мысль о том, что 
теорию нужно основывать на равнодействующей двух 
факторов, неверна - поскольку эти факторы крайне 
различны и изучать их сначала всё же придётся по 
отдельности. Если тело двигается в вязкой среде под 
действием сил гравитации и испытывает силу 
сопротивления среды, то для описания данного движения 
необходимо изучить обе эти силы по отдельности).

Возможно, кому-то удастся создать нечто новое в 
политэкономии (хотя лично у меня на этот счёт имеются 
большие сомнения: всё, что было можно - уже 
перепробовано), и тогда марксисты дружными рядами 
станут имярекистами.

Наша позиция такова: какая теория ближе к телу, то 
есть ближе к реальности - той теории и надо 
придерживаться. В глобальном масштабе при исследовании 
общественных явлений таковой теорией на сегодня 
является марксизм, а в локальном - при изучении 
экономики отдельных хозяйств, отраслей или 
взаимоотношений капиталистов между собой, вполне можно 
пользоваться "экономикс". Кстати, замечу, что 
сама "экономикс" также зиждется на нескольких 
аксиомах. Например, закон спроса или закон предложения 
теоретически из самой "экономикс" доказаны быть не 
могут. Если Вы зададите вопрос: почему при увеличении 
цены на товар спрос на него падает? - то Вам могут 
указать лишь пальцем на практику. В реальной экономике 
так и происходит. Это факт. Он очевиден. Но каков 
механизм данного явления, в чём его причины? Тут Вам в 
лучшем случае навешают лапши на уши по поводу неких 
психологических особенностей людей (эффекты дохода, 
замещения и пр.). Но психология - это не экономика. 
Более того, в реальности встречаются и отклонения от 
данной закономерности. Это так называемый "эффект 
ожидания". Если люди ждут повышения цен на конкретный 
товар, то при повышении цены на этот товар величина 
спроса на него не упадёт, как того требует закон 
спроса, а возрастёт, поскольку данное повышение 
подкрепит уверенность людей в своих ожиданиях и они 
начнут хватать данный товар, боясь ещё большего 
повышения цен. Следовательно, наука "экономикс", 
которая признана сегодня основной массой экономистов, 
также зиждется на постулатах очевидных, но 
недоказуемых (в рамках данной науки, конечно), причём 
в реальности наличествует и такие патологические
случаи, когда аксиомы не выполняются. Но это никого не 
смущает. И совершенно правильно. Однако когда речь 
заходит о трудовой теории стоимости, то почему-то 
сразу возникают требования доказать постулаты
данного учения, и на свет божий извлекаются покрытые 
плесенью (со времён бём-баверковских) аргументы о 
наличии товаров без стоимостей. Но постулат не 
выполняется только в особых, в ненормальных условиях.

Почему я уделяю столь много внимания проблеме аксиом и 
постулатов? Только потому, что этот вопрос и есть 
самый важный и главный. Все другие проблемы 
представляют из себя модифицированный или 
закамуфлированный вопрос: почему Маркс (точнее, 
классическая политэкономия) принял за аксиому именно 
данное суждение? Далее у Маркса логика железная (не 
считая упоминавшегося мной недостатка конкретизации 
при прогнозах). Ещё раз повторюсь, что если принять за 
постулат суждение о том, что стоимость есть 
затраченный на производство товара труд, то дальше 
исследование покатится по проторённой Смитом, Рикардо, 
Марксом и пр. дорожке. Если же принять другой 
постулат, то... дерзайте!

Вообще, моя критика Усова и Совета основана просто на 
жалости к тому, что они напрасно тратят время, ибо с 
такой методологией им вряд ли удастся создать что-либо 
серьёзное. Я не критикую Гайворонского или
Твердохлебова, хотя во многом с ними не согласен. 
Может быть, они причалят не к тому берегу или вообще 
не причалят, но они хоть гребут, находясь в лодке, а 
не рубят её топором, чтобы попытаться на этом же
топоре отправиться в плавание.

Кстати, подкидываю всем идею. Можно принять за 
критерий обмена полезность, исчисляемую, положим, в 
единицах времени, в течение которого потребность 
человека удовлетворяется. Яблоко, например, 
удовлетворяет потребность человека в еде на 
протяжении, условно говоря, 15 минут, а жилище - 
потребность в жилье на протяжении всей жизни. Отсюда 
полезность (или ценность, или стоимость, кому как 
угодно) яблока в 2 452 800 (70 лет x 365 дней x 24 
часа x 4) раз меньше, чем дома.

За точку отсчёта в этой теории можно принять и 
энергетические показатели. То же самое яблоко даёт 
человеку, условно говоря, 400 Ккал, а жилище за счёт 
поддержания оптимальной температуры, в которой
находится человек, сохраняет тепло человеческого тела 
за время своей службы в единицах энергии примерно 
на 1 млрд. Ккал.

Берите эту мысль на вооружение, уважаемые оппоненты - 
кажется, никто ещё не сочинял теорий временной или 
энергетической полезности.

2. О понятиях

Уважаемый Вадим, сейчас я попробую разобраться со 
следующими Вашими словами:

"Где в наблюдаемом нами феномене реальности (акте 
обмена товаров) учёные высматривают СТОИМОСТЬ товара? 
Я пока углядел только его ЦЕНУ."

"Сдаётся мне, что Маркс просто назвал рабочее время 
стоимостью товара, но зачем?"

Дело в том, уважаемый Вадим, что в приличных учёных 
сообществах разные явления принято называть разными 
терминами. Так, если кто-то подарит мне миллион 
долларов, то я назову этот жест "щедростью". Ну, 
бегите же, торопитесь, я жду. Эх, не дождался.

Итак, для того чтобы рационально мыслить, нашему (и, я 
надеюсь, Вашему) мозгу необходимо всё, что попадается 
нам в поле зрения, в пространство слуха, в объём 
обоняния и т.д. как-то обозвать, то есть присвоить 
некий символ. Я включаю свои органы чувств и 
обнаруживаю: вот это моя "жена" рядышком "шваброй" 
машет, а этот звук "повизгивания" принадлежит 
моему "псу" (не кормленного со вчерашнего вечера), а 
некий неприятный запах "гари" источает "бомбочка" 
моего внука (когда-нибудь он нас сожжёт). Всё, о чём 
мы только можем помыслить, обозначается нами 
понятиями. Любые явления должны иметь строго 
однозначные понятия.

У процесса производства имеется определённую 
длительность, и эта длительность обозначается термином 
"рабочее время". Оно необходимо для отличения данной 
длительности от иного временного промежутка. Например,
от "времени отдыха". Понятие "стоимость" (я думаю, что 
Маркс всё же имел в виду "ценность") относится к 
процессу обмена, к процессу сравнения товаров, то есть 
данный термин обозначает тот критерий, по которому
сравниваются товары в процессе обмена. У товара 
кроме "стоимости" имеется масса и других показателей: 
например, вес, форма, эстетичность и т.д. Но при 
обмене товары сравнивают именно по стоимости, а не по 
весу или красоте.

Для того чтобы не было путаницы, и вводится понятие 
"стоимость". Кроме того, стоимость равна не рабочему 
времени, а затратам труда, трудовой энергии . Рабочее 
время есть лишь один из параметров затрат труда. 
Поэтому термин "стоимость" нельзя отождествлять даже с 
понятием "затраты труда", и уж, тем более, с понятием 
"рабочее время". 

Но это всё, конечно, мелочи. Главный вопрос: зачем 
вообще нужна такая штуковина, как "стоимость"?

3. Социальные корни экономических теорий.

Уважаемый Вадим, Вы написали:

"...марксисты вовсе не настаивают на обмене товаров по 
стоимостям, - но в таком случае вопросы введения 
понятия "стоимость" и вообще того, что есть такое эта 
самая "стоимость", делаются для меня ещё менее
понятными".

Говорят, вначале было слово. А может, мысль? Нет, 
вообще-то, сначала обычно бывает желание. Желание 
познать окружающую нас действительность. Вот и у 
учёных, исследующих капиталистические отношения, 
однажды возникло желание разобраться в том, что же 
представляет из себя та формация, которую называют 
капитализмом. Рассматривая социальные отношения в 
обществах, принадлежащих капиталистической формации, 
они "углядели", что их основу составляют отношения 
капиталистов промеж собой и отношения между 
капиталистами и рабочими. Капиталистами называют
владельцев всех факторов производства, кроме трудовых 
ресурсов. Трудовые ресурсы, как понятно, принадлежат 
рабочим. В производстве соединяются факторы, 
принадлежащие капиталисту, и трудовые ресурсы, 
принадлежащие рабочим. На выходе получается готовая 
продукция. Возникает вопрос: как делить данную 
продукцию (или выручку от неё) между владельцами 
факторов производств? При капитализме, как известно, 
продукцией распоряжается владелец средств 
производства. При этом всем остальным тоже что-то
перепадает. И поскольку все люди стремятся к 
материальному благополучию, а от данного благополучия 
зависит благополучие общества, то, соответственно, 
перед учёными ставится вопрос: в каких пропорциях 
должна делится вырученная сумма, чтобы данный делёж 
был бы справедливым и никто не остался бы в обиде? 
Ведь обида приводит к падению эффективности
производства, ибо усердность в работе зависит от 
стимулирования. А какой же тут может быть стимул, 
если кого-то постоянно обделяют?

Для рассмотрения пропорций распределения потребовалось 
разобраться с ценой товара, ибо вырученная сумма 
зависит от цены на какой-либо товар. Цена товара 
оказалась разделённой на несколько частей: во-первых, 
на затраты: затраты на основные средства 
(амортизация), затраты на сырьё, на материалы, на 
энергию и т.д., затраты на заработную плату - а во-
вторых, на прибыль. Понятно, что пропорции 
распределения зависят от соотношений между заработной 
платой и прибылью. Вот тут-то и произошло основное 
разделение исследователей. Классические политэкономы, 
как я уже отмечал, постулировали, что стоимость товара 
есть затраченный труд. В течение определённого периода 
времени в данном обществе данное количество работников 
затрачивает вполне конкретное количество труда. Из 
этого следовало, что сумма стоимостей всех товаров 
(некий общий фонд затраченного труда в данном обществе 
за данный промежуток времени) равна сумме цен всех 
товаров, вступивших в обмен. Классики утверждали, что 
все новые стоимости созданы трудом на производстве, а 
вот распределение этих вновь созданных стоимостей 
(всей их совокупности) происходит по ценам на рынке, 
то есть рынок есть своеобразный механизм распределения 
материальных благ. А отсюда уже недалеко и до вывода, 
что все товары, вступившие в обмен, созданы трудом
работников и, соответственно, работники и должны 
распоряжаться всей совокупностью товара. (Под 
работниками подразумеваются и организаторы 
производства, то есть тут исключаются именно чистые 
капиталисты - те, кто просто владеет нетрудовыми 
факторами производства. Если капиталист ещё и 
предприниматель, то его предпринимательский, 
менеджерский доход является заработной платой.) Вот к 
таким выводам и подталкивает трудовая теория 
стоимости. Уточню, что данные выводы являются
долженствованием, то есть они описывают то, как должно 
быть устроено распределение произведённых благ. Что 
происходит в реальности - это уже из области 
обществоведения. Ибо общество организуется не столько 
по экономическому долженствованию, сколько по 
реальному раскладу политических сил, по наличному 
менталитету подданных или граждан данной страны, по 
условиям внешнего давления и по прочим условиям
неэкономического характера.

В то же время к пропорциям распределения между 
заработной платой и прибылью можно подойти и с другой 
стороны: вновь возникающая стоимость есть производная 
всех факторов производства, а потому чем больше агент 
производства вложил в данное мероприятие, тем больше 
он должен и получить. При этом ортодоксальными 
экономистами предполагается, что стоимость есть 
производная от всего вложенного капитала.

Что ж, всё зависит от цели исследования. Если мы хотим 
исследовать развитие общества и его экономики, то 
следует обратить внимание прежде всего на отношения 
между функциональными группами социума: 
государственными управленцами, капиталистами, 
предпринимателями, работниками и пр. Если же нас 
интересует экономика фирм или отраслей, то здесь 
главное - отношения между самими капиталистами, то 
есть теми, кто распределяет материальные блага. Что 
поделаешь - в общественных науках всегда присутствует
некий социальный заказ.

В трудовой теории стоимости всё, в основном, ясно: 
есть общие затраты труда, этот труд формируют некий 
фонд, который распределяется между членами общества по 
тому или иному механизму. Механизм распределения не
обязательно должен быть рыночным. Из истории известны 
случаи (и они доминируют в мире по сию пору), когда 
распределение осуществляется административно. При 
рыночной же системе распределение идёт по ценам -
иными словами, весь фонд, состоящий из некоторого 
количества потенциальных потребительских благ, то есть 
пока ещё товаров, обладающих стоимостями, 
распределяется по ценам. При этом сумма разницы между
ценами и стоимостями всех товаров равна нулю. Если у 
кого-то прибыло сверх стоимости, то у кого-то 
обязательно убыло. А оседлали данный механизм 
владельцы нетрудовых факторов производства. Поэтому 
можно предположить, что у них-то обычно и прибывает.

Конечно, на определённом этапе развития общества без 
такого механизма распределения благ просто не 
обойтись. Более того, именно марксисты утверждают, что 
данная система распределения на определённом этапе
развития общества оказывается не только необходимой, 
но и наиболее прогрессивной. Однако с развитием 
производительных сил и изменением характера 
организации производства механизм распределения может 
и должен измениться.

Идея же ортодоксальных экономистов о возникновении 
прибыли от использования всех факторов производства - 
малопонятна. Откуда она берётся (впрочем, может, это 
только я такой глупый)?

(Кстати, сами сегодняшние экономисты этими глобальными 
вопросами уже не обременены. Они заняты решениями 
насущных практических задач. Можно привести такую 
аналогию: одни исследователи пытаются предсказать
развитие транспорта вообще, а другие заняты 
усовершенствованием автомобиля. Конечно, и то, и 
другое необходимо, но обвинять друг друга при этом в 
ошибочности взглядов оппонента нельзя, это будет 
свидетельствовать только о недальновидности 
обвинителя.)

Итак, введение и исследование такого замысловатого 
феномена, как "стоимость", понадобилась Марксу, чтобы 
попытаться объяснить происхождение цены, прибыли и 
заработной платы. Пока всё это более или менее внятно 
удалось сделать только Марксу. Возможно, когда-нибудь 
появятся самородки, которые смогут всё объяснить с 
других позиций. Подождём (твою мать).

Вы уж извините меня, Вадим, что получилось длинно, 
нудно и малопонятно. У меня сейчас критические дни - 
умственного плана, конечно. Мысли потоком льются из 
меня, и помочь тут не могут никакие прокладки. 
Впрочем, мне это простительно. Сами понимаете: трудное 
детство, недоедание пирожных во время войны с 
тараканами, тяжёлая юность, обременённая бракозаводным 
процессом и т.д. и т.п.

В общем, бывайте здоровы, живите богато, чего и себе 
желаю.

До списания в интернете.
 

Просмотр всех сообщений по данной теме
Полный список

Тема Автор Дата
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 17:46
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 18:20
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 18:31
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 18:41
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 18:53
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 19:26
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 19:51
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 20:13
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 21:16
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 21:47
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 15/01/2003 21:55
Re: Вопрос о частной собственности VadimPro 15/01/2003 22:12
Re: Вопрос о частной собственности Материалисты 18/01/2003 15:52
О трудовой теории стоимости VadimPro 20/01/2003 18:42
Re: О трудовой теории стоимости Материалисты 20/01/2003 18:46
Re: О трудовой теории стоимости Мунир Галиев 05/02/2003 14:26
Re: О трудовой теории стоимости Дилетант 26/02/2003 22:34
Re: О трудовой теории стоимости Галиев Мунир 06/03/2003 12:16
Re: О трудовой теории стоимости Дилетант 15/03/2003 00:59
Заполнение Галиев Мунир 15/03/2003 22:01
Опять о ней, родимой... VadimPro 05/05/2003 18:09
Re: Опять о ней, родимой... Материалисты 06/05/2003 11:50
Re: Опять о ней, родимой... VadimPro 15/05/2003 12:01
Re: Опять о ней, родимой... Материалисты 21/05/2003 20:31
Re: Опять о ней, родимой... Галиев Мунир 13/05/2003 16:30