Тема: Глава 5
Автор: В телестудии
Дата: 20/01/2003 20:31
 
Телепередача "Прямоугольный эфир", посвящённая 
проблемам приватизации и либерализации власти, была в 
самом разгаре. Хотя основной интерес ведущего и 
телезрителей вызывал, конечно, главный гость студии, 
Горилл Клопов - сам автор идеи приватизации власти - 
но наибольшую активность в выступлениях из всех 
приглашённых на передачу гостей традиционно проявляла 
Алиса Пиявкина, известная товарная террористка, 
специалистка по всевозможным шоковым и обвальным 
планам. Уснащая для вящей убедительности свою речь 
всякими непонятными понятиями, Алиса Пиявкина со 
всегда присущим ей напором силилась объяснить 
телезрителям те причины, по которым мысль о 
приватизации управления обществом посетила первой в 
мире голову именно простого советского академика 
Горилла Клопова. 

- Знаете, - компетентно глядя на ведущего, взахлёб 
трещала Алиса, - я как эксперт в области консалтинга 
по проблемам электоральных алгоритмов отметила бы, что 
зарождению данной эпохальной идеи способствовал, 
видимо, сам парадоксальный менталитет нашего социума. 
Актуальная архитектоника развития западных этносфер 
стала уже слишком детерминированной, а этот фактор, 
понятно, всё более и более однозначно склоняет 
автохтонные цивилизации к неоконсервативным идеалам 
легитимного этатизма. Поэтому именно маргинальность 
демократических режимов новой генерации, не успевших 
ещё наполнить свои политрайбалистские традиции некоей 
ощутимой харизмой, и способствует сегодня выдвижению и 
реализации концептуально новых инициатив, 
демистифицирующих и оптимизирующих формальное 
пансоциальное табуирование. Для - не побоюсь этого 
слова - революционного акта трансляции классической 
модели приватизации на ареал политики должна была быть 
пересмотрена сама сакральная парадигма ортодоксальных 
потестарных дисциплин - а это, согласитесь, стало 
возможным только лишь в самое последнее время в 
контексте всего комплекса глобальных геополитических 
метаморфоз... 

Горилл Клопов со своего места в студии нетерпеливо 
взглянул на ведущего передачи и обнаружил, что тот 
наглухо зачарован эффектным Алисиным говорением. 
Алиса, кстати, и прославилась тем, что замечательно 
наловчилась молоть пустопорожние глупости, лихо 
облекая их в наукообразные и синтаксически правильно 
построенные фразы, в которые она - надо отдать ей 
должное - всё же иногда догадывалась вставить пару-
тройку осмысленных слов. Этой своей одуряющей 
болтовней Алиса почти безошибочно гипнотизировала всех 
тех, кто был ещё глупее, чем она сама. 

- ...Человек просто обязан быть свободным, - вещала 
Алиса. - Мы все проходили уже, к чему приводит власть 
масс... 

"Ну и союзницу же мне сегодня подсунули, - всё больше 
раздражаясь, подумал об Алисе Клопов. - С такой 
помощницей в любом нормальном споре придётся выглядеть 
полным идиотом: неужели эта трещотка не замечает, что 
по её версиям свобода для человека достигается 
обязанностью, принуждением, то есть несвободой, а 
усомнение в правильности массовых решений опирается на 
апелляцию к массовому же решению?" 

- ...Как известно, общее - это ничьё, - под согласное 
кивание ведущего заливала между тем Алиса. - Поэтому 
собственность должна находиться в распоряжении 
конкретного частного хозяина... 

"Интересно, - язвительно представил себе Клопов, - что 
бы запела наша Алиса, если бы какой-нибудь грабитель 
открыто забрал всё имущество её семьи и не стал бы 
потом подвергаться за это никакому преследованию на 
основании именно того, что присвоенное им имущество 
было семейным, то есть как раз общим и, значит, по 
Алисиной же собственной концепции, ничьим, бесхозным? 
Эх, жалко, что нельзя прямо сейчас спросить эту 
балаболку, почему её сторонники медлили и не брали 
СССРовское общенародное - как они сами до сих пор 
всерьёз считают - то есть, по их же логике, 
получается, ничьё имущество в своё частное 
распоряжение; не брали, а всё зачем-то ждали 
специальных постановлений, чтобы после их выхода 
отчего-то опять-таки именно купить, а не просто 
безвозмездно присвоить части этой якобы ничьей 
собственности... То есть не собственности, конечно же, 
а имущества, - с досадой мысленно поправился Клопов. - 
Кажется, я уже до того наслушался болтовни этой 
безграмотной Алисы, что тоже начал по её примеру 
называть собственностью сами вещи, а не отношения 
людей по поводу вещей..." 

На столике перед Клоповым давно уже скопилась целая 
куча записок с прямых телефонов студии и ему, старому 
завзятому полемисту, не терпелось поскорее 
расчихвостить парочку-троечку телезрителей, задавших 
наиболее непримиримые вопросы. 

- ...Но помимо всего сейчас мною перечисленного, - 
продолжала разглагольствовать Алиса, - для объяснения 
того, почему идея приватизации власти и рыночного 
перераспределения гражданских прав зародилась в голове 
именно у нашего Горилла Тритоновича Клопова, нам 
следует принять во внимание, пожалуй, и то, что сам он 
является не только крупнейшим теоретиком и главным 
членом бредколлегии журнала "Ответы экономной 
экономики", но ещё и видным политическим практиком, 
председателем сельсовета министров нашей столицы... 

Клопову окончательно надоело слушать всю эту 
безостановочную хвалебную болтовню и поэтому, 
пользуясь правами героя дня, он вызывающе кашлянул и 
перебил Алису: 

- И, кстати, вот что я хотел бы ещё добавить... 

- Да-да, Горилл Тритонович, - мгновенно повернулся от 
Алисы к Клопову ведущий, - мы вас слушаем... 

- Я хотел бы заметить, - веско сказал Клопов, - что 
идея перераспределения гражданских прав отнюдь не нова 
и совсем не мною первым придумана. Сошлюсь хотя бы на 
такой пример: у известного американского писателя 
Марка Твена в его утопии "Удивительная республика 
Гондур" граждане некоей вымышленной страны за 
достижение определённых социальных успехов получали 
установленные законом количества дополнительных 
избирательских голосов. Кроме того, уже многие 
столетия вполне реально существует и общепринятая 
обратная практика, которая состоит в том, что люди, 
серьёзно преступившие закон, по решению суда временно 
лишаются не только свободы, но ещё и гражданских прав. 
Можно было бы в связи с этим рассказать и о 
существующем кое-где в мире институте так называемого
 "плюрального вотума" - но я лучше всё-таки перейду 
наконец к ответам на вопросы телезрителей. 

- Да-да, конечно, конечно... - суетливо закивал 
головой ведущий. 

- В первую очередь я хочу ответить, - выбирая из пачки 
нужную записку, произнёс Клопов, - на реплику 
телезрителя Гробоедова из Нижнего Неаполя. Телезритель 
Гробоедов считает, что раз приватизация государства 
приведёт к торговле гражданскими правами, то тогда она 
совершенно недопустима, ибо, как это кажется нашему 
телезрителю, торговля правами начисто отрицает 
демократию. Ну что же, давайте попробуем как следует 
разобраться в данном вопросе. 

Горилл Клопов поднял глаза от записки и почти 
профессионально отыскал взглядом объектив той камеры, 
у которой на передней панели горел красный огонёк, 
сигнализировавший о том, что именно с этой камеры и 
идёт в данный момент картинка в эфир. 

- Прежде всего, - учёным тоном заговорил Клопов, 
вежливо всматриваясь в объектив, - я должен заметить, 
что, вообще-то, любая торговля в сущности своей всегда 
является торговлей правами. Покупая, например, хлеб, 
мы ведь, фактически, покупаем непосредственно само 
право распоряжаться им. Впрочем, похоже, что нашему 
телезрителю не нравится торговля именно гражданскими 
правами. Но позвольте узнать: почему? Неужели всего 
лишь потому, что в результате такой торговли 
произойдёт рыночное перераспределение гражданских прав 
и они все в конечном счёте сосредоточатся в руках 
только у наиболее богатых и инициативных членов 
общества? Простите, уважаемый телезритель, но ведь, 
вообще-то, подобные ситуации постоянно и имели место в 
мировой истории на первых этапах становления всех 
молодых демократий - там всегда даже специально 
вводился имущественный или сословный ценз, отсекавший 
люмпенов от голосования. Именно данная 
дискриминационная - в хорошем, как это ни странно на 
первый взгляд, смысле - мера и помогала удерживать 
демократическую власть в руках той прогрессивной части 
общества, которая органически нуждалась в рынке и 
демократии. То есть в руках предпринимателей. Цензовое 
ограничение предохраняло власть от попадания её в руки 
люмпенов, которые уже просто по самой своей природе не 
способны распорядиться данной властью с пользой для 
себя. 

И это моё утверждение - вовсе не какой-то враждебный 
навет, не бездоказательный оговор. Ибо сама история 
убеждает нас, что даже если политически неграмотным 
массам иногда и удаётся свергнуть тиранию, то 
организовать новое общество такие массы способны, увы, 
лишь по образцу этой только что свергнутой ими 
тирании. Что, понятно, ведёт к тому, что массы тут же 
выпускают власть из своих рук. Всё это хорошо видно на 
печальных фактах всех без исключения победоносных 
восстаний политически неграмотных масс - например, 
народного восстания третьего века до нашей эры, 
которое свергло в Китае императорскую династию Цинь, 
но тут же взамен неё создало из своих вождей новую и 
почти столь же жестокую династию Старшая Хань; и на 
примере китайского же восстания Хуан Чао; и на примере 
исмаилитского восстания в Иране одиннадцатого века, 
восстания, в результате которого созданное победившим 
народом шиитское теократическое государство крестьян и 
ремесленников превратилось в конце концов в обычную 
азиатскую деспотию. Я уж не буду распространяться о 
таком всем нам известном случае, как восстание в 
России в октябре 1917 года... 

Так вот, уважаемый телезритель Гробоедов, сейчас у нас 
ведь и наличествует - хотим мы того или нет - как раз 
вышеупомянутая ситуация становления молодой неокрепшей 
республики и её рыночной экономики. То есть сегодня у 
нас в стране имеет место та самая не устоявшаяся 
окончательно ситуация, которая требует совершенно 
особых мер по сохранению и укреплению демократии. И 
поэтому я, откровенно говоря, просто не понимаю, чего 
именно, чего конкретно вы так страшитесь. Ну, ладно - 
давайте вот прямо сейчас попробуем хотя бы на минутку 
представить себе такую картину, что все без исключения 
политические права в нашей стране уже действительно 
оказались сосредоточенными в руках одних только наших 
предпринимателей. Представили, да? Ну так и что же тут 
будет страшного? Ведь, как показывает вся мировая 
практика, именно предприниматели и являются наиболее 
политически и экономически грамотной и активной частью 
населения, а потому именно они и составляют двигатель 
благополучия любой из процветающих стран. Так неужели 
же вам, уважаемый телезритель, не хочется, чтобы наша 
страна тоже стала наконец благополучной и 
процветающей? 

Сбоку от Клопова раздался сдавленный всхлип - это 
Алиса Пиявкина, поборница зон и свободного 
предпринимательства, услыхав похвалы своим любимцам, 
чуть не задохнулась от радости в зобу. 

- Давайте уж говорить начистоту, - честно глядя в 
объектив телекамеры, предложил телезрителям Клопов. С 
недавних пор такое предложение стало самой популярной 
преамбулой к наиболее хитро замаскированному вранью. 
По сравнению с прежними надоевшими всем топорными 
приёмами лжи тоталитарной пропаганды этот новый приём 
промывания мозгов действовал на публику практически 
безотказно - нужно только было сначала действительно 
честно показать весь возможный негатив и безжалостно 
всё изругать, а затем, когда доверие публики к 
разоблачителю делалось полным, произнести с горьким 
видом: "Но другого пути у нас, к сожалению, нет..." 

- Итак, давайте говорить начистоту, - решительно и 
хмуро повторил Клопов, - и давайте заранее условимся, 
что я вовсе не собираюсь сейчас кого-либо оскорблять, 
что я буду просто констатировать факты. Как известно, 
демократия - это власть народа, точнее, власть его 
большинства. Данная власть, как и вообще всякая 
власть, может существовать, естественно, только в 
своём проявлении, то есть только в условиях каких-либо 
действий властвующего субъекта, в условиях 
определённой политической его активности. Но как же 
ведёт себя сейчас большая часть нашего народа в смысле 
проявления своей власти? Да почти никак. Она, увы, 
политически крайне пассивна. Конечно, предвыборный 
ажиотаж ещё как-то может сегодня на один разок 
привлечь интерес широких масс и немного всколыхнуть 
их - но вот на повторные выборы к избирательным урнам 
являются, к сожалению, уже всего лишь от пятнадцати до 
тридцати процентов потенциальных избирателей. 
Остальные же избиратели, то есть большая их часть, 
вовсе и не думают реализовывать свои гражданские 
права. И этим, в общем-то, ставят под угрозу само 
существование демократии. 

Но вот давайте даже допустим, что общество уже дозрело 
до гражданского состояния и что на выборы уже всегда 
будет приходить большинство избирателей. 
Многочисленные зарубежные социологические исследования 
показывают, что даже и в этом случае доля граждански 
пассивных избирателей всё равно неминуемо будет 
достаточно велика и составит от тридцати до сорока 
процентов. Представители этого пассивного слоя в 
подавляющем большинстве своём будут игнорировать 
выборы практически всегда, то есть, получается, они 
практически вообще никогда не будут использовать свои 
гражданские права. По-моему, нет никаких сомнений, что 
приватизация политики принесёт этим людям только 
пользу - ведь за принципиально ненужные им права они 
смогут получить деньги, и немалые. А это означает, что 
на рынке появится новый массовый товар, который 
существенно свяжет избыточную денежную массу и 
замедлит, а может быть, даже и совсем остановит нашу 
галопирующую инфляцию. Что, несомненно, смягчит 
нынешний очень опасный для республики экономический 
кризис. 

Теперь давайте рассмотрим другую часть населения. Ту, 
которая, хотя и приходит на выборы, но чёткой своей 
позиции всё-таки не имеет и предпочитает, в основном, 
полагаться на чужое авторитетное для неё мнение. Ни 
для кого, я думаю, не секрет, что голоса таких 
избирателей обычно просто покупаются - или 
опосредованно, через предвыборную пропаганду, которая, 
как известно, стоит денег, или же напрямую, при помощи 
раздаваемых и обещаемых материальных благ. Так вот, 
мне кажется, что гораздо честнее будет не делать вид, 
будто не существует этого несомненного, очевидного 
подкупа избирателей. То есть всё той же самой торговли 
голосами. Гораздо честнее будет, наверное, просто 
позволить всем людям легально, открыто, свободно - 
продавать свои голоса. Но уже не за пару гривенников, 
которые обычно в среднем и тратятся на агитацию одного 
избирателя, а за суммы в сотни и тысячи раз большие. 
Кстати, напомню, что купит эти голоса не какая-нибудь 
там шпана, а именно наши новые предприниматели - то 
есть наиболее умная и порядочная часть граждан, цвет и 
опора всей нации. 

Горилл Клопов удовлетворённо вздохнул и опять заглянул 
в записки телезрителей. 

- Вот я вижу, что другой наш телезритель, Офсет 
Офсетович Шариков из города Хреновска, в частности, 
заявляет, - Клопов стал читать текст записки вслух, -
"...я, как марксист, уверен, что вся ваша приватизация 
государства окажется просто очередным обманом 
народа..."
 
Клопов осуждающе покачал головой, поднял глаза от 
записки и оглядел присутствующих, словно призывая их в 
свидетели некрасивого выпада телезрителя. Все участники
 "Прямоугольного эфира" заинтересованно оторвались от 
своих бумаг и тоже, в свою очередь, стали смотреть на 
Клопова. Затихла, казалось, даже трескотня пишущих 
машинок в телефонных кабинах. 

Горилл Клопов устало и понимающе улыбнулся в объектив 
снимавшей его телекамеры. 

- Ну, что же, - тоном на всё согласного человека 
произнёс он, - если уж вы, уважаемый телезритель 
Шариков, являетесь марксистом, то давайте тогда 
поговорим с вами по-марксистски. Как марксист, вы, 
надеюсь, должны знать, что всякая власть в классовом 
обществе обязательно имеет классовый характер. И что 
даже всеобщая демократия в капиталистических странах 
реально является всегда лишь формой власти 
капиталистов, то есть предпринимателей. В самом деле, -
 Клопов поднял руку в примиренческом жесте, - как 
известно, хозяева - не бастуют, а при капитализме 
бастует кто угодно, но только не сами капиталисты. Как 
видите, и с общедемократическими установлениями, и без 
них - власть всё равно будет находиться в руках у 
одного и того же класса. Так спрашивается: почему бы 
тогда не дать нашему народу возможность культурно 
нажиться на этом классе? Тем более, что сам этот наш 
отказ от демократического ритуала в обмен на весьма 
существенные социальные блага, тем более, что само это 
щедро оплаченное расставание с пустым процедурным 
символом будут иметь для нас ещё и все те спасительные 
последствия, о которых я только что уже говорил - то 
есть замедление инфляции и, соответственно, выведение 
нашей республики из нынешнего чрезвычайно опасного 
экономического кризиса. Так неужели же и теперь, - с 
горьким видом произнёс Клопов, - кому-то до сих пор 
ещё осталось непонятно, что предприниматели будут 
платить нам свои деньги в конечном-то счёте всего лишь 
за то, чтобы просто получить возможность спасти нашу 
страну? 

Алиса Пиявкина достала платок, отвернулась от 
телекамер и принялась осторожно промокать глаза. 
Остальные участники эфира одобрительно закивали 
Клопову головами. 

"Эх, ну и мудёр же наш главный демократ... - 
саркастически скривился в своём далёком Хреновске 
сидевший перед телевизором марксист Шариков. - Похоже, 
что Тритоныч опять взялся за старое - опять начал 
дурачить профанов благозвучием формулировок... Ну 
неужели это для кого-то является новостью, что в 
системе, где господствуют деньги, беднякам при 
кризисах всегда приходится продавать сперва всё своё 
имущество, а потом и вообще самих себя в собственность 
богачам? Да, конечно - это скатывание нищих и 
политически невежественных людей к рабству и в самом 
деле часто бывает последним средством спасения их 
жизни. Но как же можно, не кривя душой, причислять всё 
это чуть ли не к социальным благам? Как можно, будучи 
серьёзным учёным и политиком, искренне агитировать за 
общественную систему, в которой обыденны такие 
неприятные явления? Неужто на свете не может быть 
лучших общественных систем? Как можно не просто 
оправдывать, а именно воспевать трагедию населения и 
победу его поработителей? Эх, жалко всё-таки, что в 
нашей стране при таком просторе для разгула глупости и 
демагогии почти совсем нет места для разума и 
логики..." 

- ...Вообще-то, у приватизации власти есть ещё немало 
и других положительных сторон, - переждав всеобщую 
растроганность в студии, продолжил свою речь Клопов. - 
Кратко упомяну для примера хотя бы вот о чём: 
приватизация власти должна будет заметно поднять у 
населения его интерес к политике. В самом деле: люди 
ведь в наибольшей степени ценят именно то, чем они 
могут распоряжаться с максимальной полнотой. Могли ли 
они раньше продавать или дарить свои гражданские 
права? Нет. А вот теперь - смогут. То есть теперь люди 
станут ощутимо полноправнее, а значит, и 
заинтересованнее. Кроме того, предметный, осязаемый и 
реально дорогой сертификат на избирательский голос 
каждому человеку субъективно наверняка покажется куда 
более значимым, более полновесным, более интересным, 
чем невещественные и бесценностные обычные гражданские 
права. Оба данных обстоятельства, повторяю, должны 
будут в целом заставить людей почувствовать себя 
существенно большими хозяевами в вопросах управления 
обществом. Но всё это обстоятельства, конечно, далеко 
не первостепенные, а о самом главном я уже сказал 
раньше. - Горилл Клопов удовлетворённо переменил позу 
и посмотрел на ведущего. 

Ведущий "Прямоугольного эфира" в восхищении от 
непобедимости Клопова протянул ему записку из самой 
свежей пачки, приговаривая: 

- А вот ещё одна интересная реплика в ваш адрес, 
Горилл Тритонович... 

Клопов быстро прочитал записку и бестрепетно произнёс: 

- Телезритель Ферштейн из поселка Оглоедовка выражает 
целый ряд упрёков по поводу моих выступлений. Он пишет,
 что поскольку я в угоду - как ему кажется - 
политической конъюнктуре представлял в некоторых моих 
статьях индивидуальную трудовую деятельность 
неотъемлемым элементом социализма, а также так как я 
доказывал в своих работах, что прошлый умственный труд 
вполне может создавать новую стоимость, то это моё 
пренебрегание - как считает телезритель - наукой 
заставляет его заранее не доверять абсолютно всем моим 
ответам на задаваемые здесь вопросы. 

Горилл Клопов грустно покачал головой, отложил записку 
и уже приготовился по-великомученически терпеливо 
вздохнуть, но вдруг заметил, что оператор одной из 
телекамер делает знаки ведущему, обводя пальцем в 
воздухе контур в форме экранной рамки, что - как 
Клопов хорошо знал - на жестовом языке телевизионщиков 
означает настоятельное требование режиссёра 
закругляться. 

- Я заканчиваю, - поспешно предупредил ведущего 
Клопов, лихорадочно обдумывая, как бы покороче и 
похлёстче отбрить въедливого телезрителя. - Ну, что 
тут можно ответить на такое, прямо скажем, 
нелицеприятное заявление? Понимаете, уважаемый 
телезритель Ферштейн, наука как объективное знание, 
вообще-то, совершенно не зависит от чьего-либо доверия 
или недоверия - в том числе, - Клопов ехидно 
прищурился в объектив и церемонно поклонился, - даже 
от вашего недоверия, уважаемый телезритель Ферштейн. 
Эту азбучную истину вам надо было бы накрепко 
запомнить и потому не примешивать свои личные чувства 
к научным проблемам, затронутым вами, кстати, без 
всякой, как я вижу, аргументации. А это ведь, в общем-
то, весьма желательно, чтобы помимо разных 
бескомпромиссных оценок в заявления хотя бы понемножку 
так, между всякими непримиримыми словами, вставлялись 
ну хоть какие-нибудь аргументы. Чтобы просто было на 
что отвечать. Знаете, мы, учёные, так уж устроены, что 
отвечать умеем только на аргументы. А в вопросах 
ругани - вы уж извините - мы как-то не очень 
компетентны... 

Горилл Клопов подчёркнуто простодушно улыбнулся 
телезрителю и кивком показал ведущему, что закончил с 
ответами. 

Ведущий с облегчением поблагодарил Клопова и объявил 
телезрителям, что передача продолжится ровно через две 
минуты. В эфир пошла саморекламная пауза. 

- Бог торговли и плутовства Гермес, - загадочным тоном 
возвестил закадровый голос, - покровитель декорации 
"Корпорамбурс", призывает всех: вступайте в 
"Корпорамбурс"... 

- Биржа "Кулиса", - тотчас же отозвался другой, ещё 
более звучный голос из следующей саморекламы, - 
покровительница самого бога торговли и плутовства 
Гермеса, призывает всех: работайте без посредников, 
обращайтесь прямо к "Кулисе", потому что система бирж 
"Кулиса" - это система независимых друг от друга 
бирж... 

Услыхав эту ахинею про "систему независимых бирж", 
Горилл Клопов внутренне поморщился - ведь на самом 
деле систему образуют только имеющие взаимные связи, 
то есть как раз только зависимые друг от друга 
элементы. Клопову было, в общем-то, довольно неприятно,
 что на смену глупой и неуклюжей политической 
саморекламе тоталитаризма пришла столь же крикливая и 
зачастую даже ещё более глупая самореклама 
нарождающегося бизнеса. Ходили слухи, что и у "Кулисы",
и у межбанковского объединения "Недотёп", тоже 
прославившегося в последнее время тупостью своей 
пропаганды, прущая наружу дебильность являлась просто 
неким особым имиджем. Клопов ни капли не доверял всем 
этим россказням про имидж, потому что слишком уж часто 
встречался с совершенно неподдельной недоразвитостью 
очень многих представителей наиболее преуспевающих 
слоев населения. Но зато Клопов искренне и страстно 
верил в силу рынка и потому всё время с нетерпением 
ждал того момента, когда его любимый рынок вытолкнет 
наконец на поверхность жизни настоящих людей - а не 
всё тех же скользких и непотопляемых субъектов с 
беспокойными сердцами или же с плакатными умом, честью 
и совестью. 

Саморекламная пауза закончилась и в эфир опять пошла 
передача из студии. 

- Вот тут у меня в руках, - заговорил ведущий, - пачка 
записок от самых разных телезрителей. Все эти 
телезрители задают нам один и тот же вопрос: сколько, 
хотя бы приблизительно, будет стоить одна политическая 
акция? Ну, кто у нас здесь сможет ответить на этот 
вопрос? - Ведущий с надеждой посмотрел на 
приглашённого в студию молодого предпринимателя, члена 
Обирально-деградической партии, который за всю передачу
 вместо ответов по существу смог промычать только 
несколько судорожных банальностей про духовность 
пополам с нравственностью. 

- А можно, я отвечу телезрителям? - не удержалась и 
полезла на подмогу молодому предпринимателю Алиса 
Пиявкина. 

- Да-да, конечно, - радостно закивал Алисе ведущий. 

- Понимаете, - внушительно вытаращив глаза, с 
первооткрывательским энтузиазмом начала плести свою 
словесную паутину наукообразная Пиявкина, - всё дело в 
том, что цену на товар определяет не государство и не 
общество, а рынок...
 

Просмотр всех сообщений по данной теме
Полный список

Тема Автор Дата
"Демократия LTD" Неизвестноктожки 22/11/2002 20:20
Глава 1 Политические кулуары 20/01/2003 20:05
Глава 2 Деловые круги 20/01/2003 20:11
Глава 3 Народные низы 20/01/2003 20:18
Глава 4 На митинге 20/01/2003 20:25
Глава 5 В телестудии 20/01/2003 20:31
Глава 6 Новости из Верховного Совета 20/01/2003 20:36
Глава 7 Министр и бизнесмен: эпизод первый 20/01/2003 20:41
Глава 8 Агиткампания 20/01/2003 20:46
Глава 9 Успехи приватизации 20/01/2003 20:51
Глава 10 Министр и бизнесмен: эпизод второй 20/01/2003 20:57
Глава 11 Радиоинтервью 20/01/2003 21:02
Глава 12 Министр и бизнесмен: эпизод третий 20/01/2003 21:06
Глава 13 Разговоры в очереди 20/01/2003 21:11
Глава 14 Знакомство в ресторане 20/01/2003 21:14
Глава 15 Телетрансляция 20/01/2003 21:18
Глава 16 Новый режим 20/01/2003 21:22
Глава 17 Плоды свободного рынка 20/01/2003 21:26